Скажем честно: разговоры о скором падении Германии — наиболее мощной экономики Европы — сейчас у нас мало кто воспринимает всерьез. Запас прочности у нее слишком велик, чтобы его могли подорвать очевидные трудности, испытываемые химической промышленностью, или проблемы, которые накачал себе на голову ведущий мировой концерн VAG.
Но что удивительно, сами немцы прилагают наиболее серьезные усилия к тому, чтобы убедить-таки весь мир в неотвратимости печального для них исхода. А как иначе объяснить, что накануне переговоров между Евросоюзом и Китаем, запланированных на октябрь, неукротимые гешефтсманы вынуждают правительство отказаться от многолетней политики отказа от возведения торговых барьеров на пути продукции КНР.
НЕДОБРОСОВЕСТНАЯ КОНКУРЕНЦИЯ
Если разобраться, то претензии немецких промышленников к китайским производителям имеют под собой кое-какие фактические основания. Так, они заявляют, что государственная поддержка компаний из Поднебесной от трех до восьми раз превышала европейскую. Торговый дефицит Германии с ее крупнейшим торговым партнером в прошлом году увеличился примерно на €22 млрд, достигнув €89,3 млрд: китайский импорт вырос на 8,8%, а немецкий экспорт упал на 9,7%.
Нет, я больше не имею сил терпеть. Боже! что они делают со мною! Они льют мне на голову холодную воду! Они не внемлют, не видят, не слушают меня. Что я сделал им? За что они мучат меня?
Функционеры разных уровней всполошились. «Нам необходимо обсудить с Китаем происходящее. Если подтвердится, что это связано с субсидиями или недобросовестной конкуренцией, тогда это станет проблемой», — считает Фолькер Трейер, руководитель отдела внешней торговли Торгово-промышленной палаты Германии (DIHK).
Кристиан Брух, президент Siemens Energy, называет неприемлемым рассмотрение китайского импорта как европейской продукции и ратует за введение на него квот. Якоб Гюнтер из Берлинского института Меркатора по изучению Китая считает, что связи немецких автопроизводителей с Поднебесной были «чрезвычайно выгодной сделкой в течение очень долгого времени», но теперь это не так. «Их буквально избивают китайские конкуренты в Китае, в Европе и на рынках третьих стран».
И ХОЧЕТСЯ, И КОЛЕТСЯ
Страшно, аж жуть. Ситуация вроде бы складывается таким образом, что дальнейшее поддержание cтатус-кво невозможно. При этом на резкие телодвижения у германских чиновников и бизнесменов откровенно не хватает смелости.
Надо что-то бить — уже пора!
Чем же бить? Ладьею — страшновато,
Справа в челюсть — вроде рановато...
«Возможные контрмеры со стороны Китая должны учитываться в стратегических соображениях, но не должны определять или в конечном итоге препятствовать действиям Европы», — очень туманно проясняет свою твердую позицию Вольфганг Нидермарк, член исполнительного совета Федерального объединения немецкой промышленности. В том же духе выступает и Маттиас Бьянки из Немецкой ассоциации среднего и малого бизнеса: «Компании по-прежнему обеспокоены возможными ответными мерами со стороны Китая. Но в то же время бездействие также стало риском».
Германский промышленный союз (BDI), представляющий интересы крупнейших производителей, также выражается весьма обтекаемо. Он-де выступает за ускоренное применение существующих инструментов торговой политики, включая защитные меры и методологические корректировки вроде антидемпинговых и антисубсидийных разбирательств.
МИРУ НАДОЕЛО
Перед таким напором не устоял сам федеральный канцлер Фридрих Мерц, который на прошлой неделе попросил кабинет министров разработать предложения по устранению торгового дисбаланса между ЕС и КНР. «Мы отмечаем, что немецкая промышленность, по-видимому, также изменила свое мнение относительно этих глобальных дисбалансов», — заявил он, сославшись на мнение Ассоциации автомобильной промышленности Германии (VDA), вроде как пересматривающей свою прежнюю политику неприятия защитных мер.
Все эти чудесные люди искренне считают, что недобросовестная конкуренция — исключительно их прерогатива. Остальной же мир должен играть только по правилам, для него установленным. Но, похоже, миру это надоело.
Что касается Германии, то с ее стороны это очень мудро — сначала расплеваться с Россией, а затем постараться испортить отношения с Китаем, который до сих пор изо всех сил старался дистанцироваться от прямого участия в любом международном конфликте.
