Лоутон рос в криминальных кварталах Нью-Йорка. Начав с мелких поручений — продажи билетов на спортивные матчи — он постепенно дослужился до букмекерства и ростовщичества. Была в его жизни и попытка «завязать»: он даже поступил на службу в береговую охрану, но прошлое не отпустило — и он снова связался с плохой компанией.
Его первое ограбление было «пробой пера»: он лишь прикрывал подельников, но дело было серьезным, и гонорар оказался соответствующим. К середине 1980-х Лоутон уже вовсю орудовал на всем Восточном побережье, похитив драгоценностей и предметов роскоши на сумму более 18 миллионов долларов.
Его методы были далеки от голливудских перестрелок — он предпочитал «тихую» работу, основанную на безупречном тайминге и знании слабых мест систем безопасности. «Люди думают, что ограбление — это хаос, — вспоминал Ларри. — На самом деле, это математика. Ты должен знать, сколько секунд нужно охраннику, чтобы дойти от двери до сейфа, сколько времени требуется полиции, чтобы среагировать на сигнал тревоги. Мы никогда не ошибались».
В преступлениях Лоутона активно «принимали участие» его преданные друзья — машины, которые, по его словам, должны были обладать тремя качествами: мощным ускорением, неприметным внешним видом и способностью выдерживать экстремальные нагрузки при уходе от преследования. «Мы делали ставку на распространенные модели седанов, — откровенничал мужчина. — Чем неприметнее — тем лучше. Никаких ярких цветов — ничего, что могло бы привлечь внимание. Нам нужен был автомобиль, каких тысячи на дорогах».
В гараже Лоутона и его подельников побывало немало различных марок машин, мастерство которых сыграло свою роль в «хореографии» ограблений ювелирных магазинов. Про одну из них, Chevrolet Caprice (модель конца 80-х), он говорил: «Моя рабочая лошадка. В то время Caprice был стандартным полицейским автомобилем, что делало его идеальным инструментом для маскировки.
Огромный объем багажника позволял перевозить инструменты для взлома, а двигатель V8 обеспечивал достаточную тягу, чтобы не отставать от потока. Я ценил ее за «невидимость» — в потоке машин никто не обращал внимания на стандартный седан, который сливался с городским пейзажем".
Интересно, что для своих налетов американец выбирал исключительно прокатные ТС: «Не используй свою „тачку“ или „железного коня“ друга. Стань невидимкой, смешайся с потоком». Но Лоутон не был Лоутоном, если бы не любил производить впечатление. И тогда в дело вступал «Кадиллак»:
— Огромный, вальяжный, работал почти бесшумно. Его прелесть — «невидимость». Кто заподозрит «Кэдди», за рулем которого сидит солидный парень?! У него была мягкая подвеска, позволяющая проглатывать бордюры, не превращая традиционный салон в коктейль. Это был автомобиль-сейф: высокий, тяжелый и внушающий уважение...
А как же непосредственно ограбление? По словам Лоутона, важно было действовать уверенно, чтобы не оставлять сомнений в серьезности намерений. Ларри подчеркивал, что никогда не применял оружие — это решение впоследствии помогло ему избежать пожизненного срока.
После налета его банда стремилась быстро «уйти с маршрута» и сменить поддельные номера на настоящие. Иногда для ситуаций, где требовалась максимальная маневренность, банда использовала «Мустанг». Легкий кузов в сочетании с легендарным 5-литровым двигателем делал этот автомобиль королем городских улиц.
Mustang был идеален для резких маневров в узких переулках, где тяжелые седаны теряли преимущество. «Это была машина не для скрытности, а для чистого адреналина. Если коп видел задние фонари Mustang, через пять секунд он видел только пыль», — шутил Ларри.
После каждого дела — а промышлял он в основном во Флориде — его банда немедленно брала курс на Нью-Йорк. Там она сбывала добычу, делила куш и, как ни в чем не бывало, возвращала арендованную машину в прокатный центр. Главное — вернуть «тачку» вовремя, — говорил Лоутон. — Иначе ее объявят в угон, и все, приехали".
Десять лет этот нехитрый алгоритм спасал его от неприятностей. Но удача отвернулась в один миг: банда Лоутона присматривалась к магазину, когда хозяин лавки, почуяв недоброе, зафиксировал номер их арендованного авто. Когда спустя время грабители «взяли» соседний магазин, полиция уже знала, кого искать — все благодаря тому самому внимательному лавочнику.
Ларри был пойман и провел 11 лет в федеральной тюрьме. Этот опыт стал для него переломным. «Когда сидел в своей камере, глядя на бетонную стену, вспоминал свои машины, мощь моторов и запах жженой резины. Грабеж — это не кино, это жизнь, которая катится в бездну. Теперь, когда вижу молодежь, которая хочет казаться крутой, говорю им: «Вы думаете, что управляете машиной, но на самом деле она управляет вашей судьбой. И финиш всегда один — либо тюрьма, либо кладбище».
Сегодня Лоутон — популярный ютубер и эксперт по безопасности. Он больше не грабит ювелирные магазины, но его советы о том, как «уйти от погони» в метафорическом смысле, помогают тысячам подростков не сесть за руль криминальной карьеры. Ларри консультирует полицию, выступает в школах и помогает молодежи не совершать тех ошибок, которые стоили ему десятилетия свободы.
Некогда лучший «медвежатник» Америки сменил погони от полиции на комфорт Mercedes-Benz SL500. Никаких масл-каров и ночных заездов — с этим покончено. «Мне 64 года, — говорит он. — Тот парень, что был раньше, давно исчез».
